Пойман, но не вор: как мобильные операторы бесплатно работают на силовиков

Листопад 6, 2018

В октябре мобильный оператор «Киевстар» получил более 3 750 определений суда о временном доступе к вещам и документам из правоохранительных органов, «Vodafone Украина» – 2 800, lifecell – 2 400. Такие данные можно найти в судебном реестре. Что хотят силовики от мобильных операторов? Неужели полиция все-таки начала расследовать огромный «поток» краж телеком-оборудования? На эти и другие вопросы искал ответы Mind.

Чего хотят правоохранители? Каждый мобильный оператор ежегодно получает более 20 000 определений суда о временном доступе к вещам и документам. По сути – это запросы на получение информации. В большинстве случаев силовики просят помочь им найти воров. «Оператор должен предоставить данные о нахождении абонента в зоне действия той или иной базовой станции (привязка к местности), с кем происходило соединение интересующего пользователя (голосовые вызовы, SMS и т.д.), помочь в идентификации», – поясняют в пресс-службе «Vodafone Украина».

Порой не обходится без анекдотичных ситуаций. «Чаще всего курьезы случаются из-за непонимания, о каких объемах данных идет речь. Однажды нам пришел запрос на мониторинг местности в течение месяца по факту кражи двух свиней, – рассказывают в «Vodafone Украина». – Подобных курьезов немного.  Мы ведем разъяснительную работу, которая помогает повышать эффективность и нам, и правоохранительным органам. Ведь запрашивая огромный массив данных, следователю нужно его потом обработать».

Санкции за «забывчивость». Невыполнение «просьб» силовиков чревато уголовной ответственностью по ст. 382 УПК Украины. Оно карается штрафом от 500 до 1 000 НМДГ (8 500 – 17 000 грн) или лишением свободы до трех лет. «В нагрузку» может быть проведен обыск с целью поиска документов, указанных в запросе.

«В определениях суда, как правило, отмечается срок исполнения – один месяц, или указывается конкретная дата, до которой действует решение. Иногда этот срок ограничивается судом двумя неделями», – рассказывает начальник отдела физической и технической безопасности lifecell Дмитрий Крылов.

Гранты силовикам. В итоге у операторов созданы целые отделы, которые отвечают на запросы. К примеру, в подразделении по предоставлению информации правоохранительным органам «Vodafone Украина» работает семь сотрудников. Мобильные операторы не разглашают, во сколько им обходится оплата труда такого персонала. Предположим, что у сотрудников средняя по украинским меркам зарплата. Получаем, что мобильные операторы тратят  более 750 000 грн в год на помощь в поимке воров.

Есть ли результат? «Определенный процент запросов – с уже подготовленной по ним информацией – остается невостребованным инициаторами», – рассказывают в «Vodafone Украина». Проще говоря, силовики не забирают собранные для них данные.

Но это мелочи. KPI силовиков операторы иллюстрируют раскрытием краж телеком-оборудования. «Статистика краж – ужасающая.  По данным ассоциации ТЕЛАС,  за период с 2015 по I полугодие 2018 зафиксировано более 90 000 случаев противоправных действий против имущества операторов. В результате игрокам рынка нанесен ущерб в размере около 1,1 млрд грн», – рассказывает директор по регуляторному обеспечению бизнеса «Киевстар» Александр Когут.

Но до рассмотрения в судах доходит очень малый процент уголовных дел, отмечают все операторы.  И приводят свои данные. «По состоянию на 25 октября 2018 года в Национальную полицию передано 245 материалов по фактам краж. Органами полиции возбуждено 233 дела, закончено только 4 уголовных производства, задержаны 36 правонарушителей. Материальный ущерб для компании – более 3,6 млн грн. По сравнению с предыдущим годом, количество краж увеличилась на 15%», – рассказывают в «Vodafone Украина».

«В 2018 году на оборудование базовых станций lifecell совершено более 700 преступных посягательств. Примерно 2-3% дел дошло до суда.  Следствие продолжается достаточно долго. Например, по преступлениям, совершенным еще в январе, только сейчас выносятся судебные решения», – отмечает Дмитрий Крылов.

Миссия невыполнима? На первый взгляд, создается впечатление, что следствию противостоят неуловимые «13 друзей Оушена».  Не под диктофон телекомщики иронизируют, что эти неуловимые уже взяты с поличным энное число раз и переданы полиции.  В «Киевстар» приводят конкретный пример. «Недавно в Днепре задержали группу злоумышленников, на счету которой 100 случаев краж оборудования у разных телеком-операторов. Патрульная полиция их задерживала четыре раза, но в дальнейшем представители органов досудебного расследования (следователи и прокуратура) их отпускали», – рассказывает Александр Когут. Таких эпизодов уже сотни.

Действуют ОПГ? «Кражи оборудования осуществляются группами лиц с использованием техники, взломом помещений, где расположено оборудование базовых станций. Нередко преступления совершают одни и те же лица», – подчеркивает директор по регуляторному обеспечению бизнеса «Киевстар».

В lifecell сообщают, что за 10 месяцев 2018 года задержали 20 криминальных групп в составе 45 человек, которые систематически посягали на имущество компании. Из них в Киевском регионе – 4 группы (9 человек), Одесском – 1 группа (3 человека), Днепропетровском – 10 групп (24 человека), Харьковском – 5 групп (9 человек). Однако  положительной динамики в раскрытии ими преступлений – нет.

Почему полиция – не помеха ворам? Операторы уже который год бьют тревогу, обращаясь за помощью к депутатам, правительству, высшим полицейским чинам. Те выражают «глубокую озабоченность», а ситуация с каждым годом  только усугубляется.  Операторы выделяют целый ряд причин этого «снежного кома».

Нет дела – нет кражи.  «Одной из причин безнаказанности остается борьба подразделений полиции за статистические показатели раскрываемости преступлений. Главным способом их улучшения остается нерегистрация сообщений о преступлении. По нашим данным, более чем по 200 заявленным фактам краж правоохранительные органы вообще не открыли уголовных производств, заявления не внесены в Единый реестр досудебных расследований. А с целью сокрытия своих неправомерных действий они ни разу не сообщили нам о принятом решении, чем нарушили права заявителя, предусмотренные УПКУ», – полагает Дмитрий Крылов.

Слабая «заинтересованность» следствия и прокуратуры в раскрытии преступлений. «Большинство задержаний – результат работы патрульной полиции, групп быстрого реагирования и сотрудников самого оператора. А подразделения уголовного розыска почти во всех регионах страны фактически не занимаются раскрытием преступлений, связанных с кражами оборудования с базовых станций операторов. Во время проведения следствия, как правило, расследуются только те дела, где преступников задержали на месте преступления. Причастность задержанных к другим преступлениям против оборудования операторов уголовным розыском обычно не проверяется», – считает Дмитрий Крылов.

Операторы публично не поясняют, почему следователи и прокуроры отпускают воров.  Также не комментируют возможные размеры гонораров за «потерю улик» и т.п.

След простыл. «Большинство краж происходит в сельской или удаленной от населенных пунктов местности. Это затрудняет оперативное задержание злоумышленников в момент совершения преступления и по горячим следам», – отмечают в «Vodafone Украина».

Штраф – и свободен. Чудеса порой случаются: небольшой процент уголовных дел доходит до суда. Но там воры отделываются легким испугом. Дело в том, что большинство уголовных производств заводится по первому – самому щадящему пункту ст.185 УКУ («Кража») или по ст. 360 УКУ («Умышленное повреждение линий связи»). «Преступников, как правило, ожидает только штраф. Его максимальный размер достигает 3 400 грн. В крайне редких случаях суды выносят приговор в виде трех лет лишения свободы. Учитывая незначительное наказание и, как следствие, нежелание правоохранителей расследовать, с их точки зрения, мелкие нарушения, ситуация с кражами на телеком-рынке достигает такого грандиозного масштаба», – поясняет Александр Когут.

«Как правило, задержанные лица не арестовываются решениями суда, что стимулирует их к дальнейшим противоправным действиям», – дополняют в пресс-службе «Vodafone Украина».

Почему следствие почти не квалифицирует кражи по 2-5 пунктам ст. 185 УКУ  – еще один риторический вопрос. Хотя описание этих пунктов совпадает с картиной преступлений: кража, совершенная повторно или по предварительному сговору группой лиц (п.2), с проникновением в помещение (п.3), в крупных размерах (п.4), в особо крупных размерах или организованной группой (п.5). И ответственность по этим пунктам гораздо выше – до 12 лет лишения свободы с конфискацией имущества.

Денег нет, но вы держитесь. «Большинство задержанных – сельские жители с официально низким уровнем материального достатка. Это является препятствием к компенсации материального ущерба компании в рамках гражданских исков по уголовным делам», – рассказывают в «Vodafone Украина».

Процветание скупщиков краденого. «Стимулирует преступную деятельность наличие разветвленной сети пунктов сбыта краденных элементов телекомсетей, которыми выступают пункты приема металлолома. Они без лишних вопросов принимают краденное», – полагает Александр Когут.  Схожее мнение у «Vodafone Украина»: «Одна из причин происходящего – недостаточный контроль пунктов приемки металлолома, куда сдаются похищенные аккумуляторные батареи и фидеры».

Периодически политики и чиновники объявляют войну скупщикам, громко заявляют, что «презирают коррумпированных полицейских, которые крышуют пункты приема металлолома». Но, видимо, «фениксов» пиаром не возьмешь. Александр Когут подчеркивает, что нужно усилить частоту и качество мероприятий госнадзора над пунктами приема металлолома. Де-юре, их должны проводить местные государственные администрации.

Mind направил запрос в Нацполицию Украины с просьбой пояснить истоки происходящего, как и причины низкой раскрываемости подобных правонарушений в целом. К моменту публикации материала ответ не получен.

Где выход из тупика? Самый простой – исполнение должностных обязанностей полицией – в описанной ситуации выглядит как утопия. В 2017 году IT-комитет ВР провел в Днепре (лидирующем по кражам регионе) заседание с правоохранителями города и области. «Показательная порка» удалась. Целый месяц в городе и области было затишье: снизилось число краж, полиция задерживала нарушителей и даже регистрировала УП. Но вскоре Днепр вновь «отвоевал» свое почетное звание.

Операторы надеются, что помогут изменения в законодательстве. «Чтобы переломить ситуацию, нужно усилить ответственность за повреждение телеком-сетей, введя специализированную норму в УКУ», – предлагает директор по регуляторному обеспечению бизнеса «Киевстар».

По его словам, также необходимо ужесточить порядок приема на металлолом элементов телеком-сетей, параллельно запретив принимать их у физлиц. «Кабель, провода или их части, другая кабельная и проводниковая продукция с содержанием меди, других цветных и драгоценных металлов, технические средства телекоммуникаций и сооружения электросвязи является узкоспециализированным оборудованием. Они используются только операторами, провайдерами и не применяются населением в быту», – подчеркивает Александр Когут.

В Верховной Раде уже накопилось немало законопроектов с этими нормами. «Наиболее комплексный – законопроект №8544, зарегистрированный группой народных депутатов. «Киевстар», как и вся отрасль, надеется на его рассмотрение и принятие парламентом уже во время текущей сессии», – резюмирует Александр Когут.

Источник: “mind.ua”

Категорії: Україна

Залишити відповідь

Ваша e-mail адреса не оприлюднюватиметься. Обов’язкові поля позначені *